реклама


/ /

Вчера на улицах Минска мы заметили ребят, которые помечали себя красными крестами и шли в очаг протеста, чтобы оказать первую медицинскую помощь пострадавшим от резиновых пуль, светошумовых гранат, ранений при падении. Узнали, как волонтеры координируются и работают ли они от Красного Креста.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY
Во время протестов 10 августа. Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

«В тот момент, когда едет скорая, мы должны оказать экстренную помощь»

20-летний минчанин Константин вместе с 21-летней Дариной после протестов 10 августа создали чат для медиков и волонтеров, чтобы собрать людей для оказания первой медицинской помощи участникам протеста. Парень не связан с медициной, но после первых протестов понял: людям, которые готовы оказывать помощь в очаге, не хватает координации — они не знают, куда бежать.

Все началось с того, что Костя 10 августа был на протесте возле универсама «Рига». Говорит, когда пришел ОМОН, начался хаос, небольшая давка, кто-то упал, люди получили мелкие повреждения. Он побежал в аптеку и смог потом оказать первую помощь пострадавшим до приезда врачей.

— По опыту этих двух дней, скорая не может доехать, потому что все заблокировано. В тот момент, когда едет скорая, мы должны оказать экстренную помощь.

Костя говорит, сейчас у инициативы есть два координатора и два курьера, на помощь в качестве волонтеров готовы пойти три медика — бывший хирург, бывший работник скорой, а также студент медвуза. Один находится на Востоке, второй — в центре города, третий — в Серебрянке.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

— Как только мы узнаем, что где-то собираются люди — наш волонтер отправляется туда. Волонтер не лезет в очаг, он держится в стороне, чтобы его не задержали. Волонтеры будут с белыми лентами на руке с красным крестом, чтобы силовики знали, что мы пришли помогать. Это все бесплатно, мы не собираем деньги, сейчас мы собираем только готовую помощь — медицинские материалы.

Если вы хотите оказать помощь волонтерам и помочь с медматериалами — напишите боту в телеграм @MedFreeBelarus_bot. Костя говорит, нужны жгуты, шины, пластинки пластыря, маленькие бутылочки хлоргексидина, средство от ожогов, обезболивающее, перчатки, вата.

Костя говорит, когда все закончится, все оставшиеся материалы передадут в медицинские учреждения.

«Врачу неважно, кому помогать, — протестующему или сотруднику ОМОНа»

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
Во время протестов 10 августа. Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Координацией медиков занималась и Катя — минский анестезиолог-реаниматолог. 9 августа после тревожных сообщений о том, что происходит на улицах столицы, она вышла в город с аптечкой. В ее районе, возле станции метро «Институт культуры» и «Площадь Ленина», помощь в этот вечер никому не понадобилась. Но медик поняла, что даже если добровольцы и захотят ее оказать — это будет очень сложно: толпой участников движение просто «смывает».

Тогда Катя разместила посты в популярных телеграм-каналах: призвала откликнуться и тех, кто может помогать на улицах, и запомнить ее номер на случай, если кому-то понадобится помощь. По ее словам, на сообщение откликнулось много людей.

— Да и я просто маленькая девушка, я не могу бросаться на баррикады, но могу помогать в это время так, как умею.

Парень Кати, Рамми в это время дома организовал «штаб»: базу откликнувшихся медиков по районам города. К полуночи 10 августа в ней значилось 12 добровольцев. Всем им пара предлагала аптечки с медикаментами, которые они сами купили и сформировали, — перевязочные материалы, антигистаминные средства, перчатки, шовные материалы (для тех, кто умеет зашивать раны), обезболивающие.

— Вечером 10 августа мы наблюдали за теми районами, которым нужна помощь. Обзванивали медиков из базы и просили подъезжать в эти места. Иногда сами люди мне звонили и сообщали о раненых: в районе Кальварийской была девушка, для которой просили помощь. Там были вопросы с подъездом скорой, плюс поступали сообщения, что на машинах скорой ездит ОМОН, — люди боялись.

За вечер добровольцы побывали возле станций метро «Пушкинская», «Молодежная», в микрорайонах Уручье, Сухарево, возле ТЦ «Рига». В основном, говорит Катя, занимались перевязками, обрабатывали раны и промывали слизистые пострадавших от газа.

Всех медиков Катя попросила обозначить себя по правилам военной медицины: надеть белые халаты или опознающие знаки. И попросила не забывать о нейтральности медицинской помощи.

— Врачу неважно, кому помогать, — протестующему или сотруднику ОМОНа. У меня как у реаниматолога есть представление о ценности каждой человеческой жизни — это абсолютно уникальное явление, которое необходимо всячески поддерживать.

Двоих волонтеров ОМОН не выпускал из машины, еще на одного наставил оружие

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Во время протестов 10 августа. Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Веронике 29 лет, она никак не связана с медициной, работает кадровиком, но еще со школьных лет знает, как оказывать первую медицинскую помощь. Говорит, что на протест с друзьями они изначально ехали, чтобы помочь, — взяли с собой медикаменты, на майки и машину красной лентой приклеили кресты.

— Мы это сделали, чтобы обозначить себя перед силовиками, что мы не воюем, а просто хотим помочь мирно людям. 10 августа мы приехали на «Пушкинскую». Нас приехало четыре человека, мы с парнем разделились, а еще двое парней поехали парковать машину — в итоге их из машины не выпустил ОМОН.

Вероника рассказывает, когда они побежали на помощь пострадавшему, их остановил ОМОН и уложил на асфальт.

— Я трясла аптечкой, показывала им, что мы с медпомощью. Он говорит: «Лежать», аптечку ногой отбросил, потом крикнул: «Иди помогай», а на парня, который был рядом со мной, омоновец наставил оружие и не отпустил.

Вероника перебинтовала троих парней. Девушка рассказывает, у них было повреждение головы, гематомы, поврежденные ткани. Еще у одного парня, кроме этого, была оторвана фаланга пальца и рана в паховой зоне.

Девушка рассказывает: скорая не могла доехать до пострадавших, так как тоже была заблокирована. Поэтому пострадавшие ребята повели друг друга в скорую.

— Мы ни на чьей стороне. Вчера я поняла, что медики и сами не стремятся идти в пик протеста. Фельдшеры не выходили из машины, ребята сами загружали пострадавших в скорую. Меня это удивило, но мне кажется, они просто сами не хотят лезть под пули.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Протесты 10 августа возле метро «Пушкинская». Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Этот момент запечатлел наш корреспондент 10 августа в районе станции метро «Пушкинская»: медики бинтуют парня, который получил ранение шеи. Двое парней в майках — врачи, их деятельность связана с хирургией. Один из этих парней хотел бы сохранить анонимность, поэтому мы не будем указывать, где он на фото и как его зовут.

— Днем работаю, а ночью — на баррикадах. Нас всего двое. Когда мы приходим, к нам стекаются все медики и люди сами предлагают бинты и воду. 9 августа на стеле за счет того, что мы так обозначены, мы смогли объединить где-то восемь людей с медицинским образованием (студенты-медики, фельдшеры, врачи) и помочь людям.

Собеседник рассказывает, на «Пушкинской» не всем смогли помочь, так как не к каждому можно было подойти из-за слезоточивого газа.

9 августа, после того как ОМОН наступил на протестующих на стеле, парни-медики и девушка-травматолог побежали во дворы в районе Заславской. В темноте улицы кричали, есть ли пострадавшие, нужна ли помощь.

— Мы увидели ОМОН и бежали с поднятыми руками, на нас были опознавательные знаки, на девушке — нет. Нас остановили, девушку — в сторону, с ее слов, так толкнули, что она ударилась об дерево. А меня подвели к шеренге, искали капитана «05», я много раз говорил, что я врач, показал свою сумку, что у меня нет ничего запрещенного. Меня поставили на колени, один у другого спросил: «Что с ним делать?»… Я уже свет в конце тоннеля видел. Позже один из омоновцев подошел ко мне, когда все остальные отвлеклись и начали бить в щиты, и сказал, чтобы я убегал.

Собеседник говорит, во время протестов люди обращались за помощью с осколочными ранениями и ранениями от резиновых пуль. На стеле был еще отрыв пальца и повреждение стопы.

Что говорит Красный Крест?

Представители общества «Красный Крест» рассказывают, что люди в майках с принтами Красного Креста не являются волонтерами общества.

— Согласно местному законодательству, закону о Белорусском обществе «Красный Крест», мы будем работать в поддержку системы здравоохранения. В какой роли — мы пока выясняем. Сейчас наша задача — сформировать резерв по тем волонтерам, которые могут оказывать первую помощь.

В обществе пояснили, согласно международным договорам, системе безопасного доступа, волонтеры «Красного Креста» не могут работать в очагах протеста.

— Неизвестно, где будут проходить конкретные мероприятия, так что выставить палатку не представляется возможным. Поэтому, скорее всего, у нас будут мобильные пункты, — сообщили нам в Белорусском обществе «Красного Креста».

{banner_819}{banner_825}
-5%
-20%
-17%
-10%
-30%
-15%
-10%
-20%